Jdi na obsah Jdi na menu
 


Освобождение Силезского промышленного района от немцев

4. 5. 2013

 

К началу февраля главные силы 1-го Украинского фронта вышли к Одеру и на ряде участков (севернее и южнее Бреслау) захватили плацдармы на его левом берегу. Предполагалось, используя эти плацдармы, нанести удар немецко-фашистской группировке в Силезии и после выхода на рубеж реки Нейсе занять выгодные исходные позиции для ударов на берлинском, дрезденском и пражском направлениях.

Войска фронта, ослабленные в предыдущем наступлении, испытывали определенные трудности: коммуникации оказались растянутыми до 500 км, тыловые базы фронта оставались восточнее Вислы, что серьезно осложняло организацию тылового обеспечения. Однако обстановка настоятельно требовала продолжения активных боевых действий с целью воспретить противнику создать прочную оборону на рубеже Одера.

Удержанию Силезии гитлеровское руководство придавало особое значение, так как к этому времени она вместе с Берлинским промышленным районом составляла основу экономической базы фашистской Германии. [149] Группировка противника в полосе 1-го Украинского фронта состояла из 4-й танковой, 17-й полевой армий и армейской группы «Хейнрици» (1-й танковой армии), входивших в группу армий «Центр». К 8 февраля здесь имелось 26 пехотных, 4 танковые и 2 моторизованные дивизии, а также танковая бригада и корпусная группа «Бреслау». Некоторые из этих дивизий в предыдущих боях понесли большие потери и были сведены в боевые группы дивизий {264}. Поддержку наземных войск осуществляла авиационная группа 4-го воздушного флота.

Советские артиллеристы ведут бой за Будапешт. 2й Украинский фронт
2й Украинский фронт

Завершение освобождения Чехословакии. Январь-май 1945

Оценив обстановку, командующий 1-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза И. С. Конев представил в Ставку Верховного Главнокомандования план нового наступления фронта. После утверждения его Ставкой командование фронта в короткие сроки осуществило большую перегруппировку сил и средств. За девять дней, с 29 января по 7 февраля, многие дивизии, корпуса и даже армии были переброшены на расстояние до 200 км. В итоге на плацдарме северо-западнее Бреслау была сосредоточена главная группировка фронта в составе 3-й гвардейской, 13, 52, 6-й общевойсковых, 3-й гвардейской и 4-й танковых армий, 25-го танкового и 7-го гвардейского механизированного корпусов; на плацдарме юго-восточнее Бреслау — 5-я гвардейская и 21-я армии, 4-й гвардейский и 31-й танковые корпуса. 59-я и 60-я армии, находившиеся на левом крыле фронта, вместе с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом составляли третью группировку. В общей сложности к началу операции фронт имел 66 стрелковых и 3 кавалерийские дивизии, степень укомплектованности которых не превышала в среднем 50 процентов штатного состава.

Располагая данными о характере обороны противника, фронтовое командование решило привлечь для первоначального удара на главном направлении максимум сил и средств. В значительной мере это достигалось одноэшелонным оперативным построением фронта и общевойсковых армий (кроме 13-й), а также одноэшелонными боевыми порядками большинства стрелковых корпусов. Районы сосредоточения танковых армий назначались за общевойсковыми объединениями, в полосах которых они готовились к совместному прорыву обороны противника. Далее танковые армии предполагалось использовать по прямому назначению — развить успех в глубину.

Основные усилия авиационных соединений 2-й воздушной армии планировались для подавления вражеской обороны в полосах 3-й гвардейской, 13-й и 52-й армий генералов В. Н. Гордова, Н. П. Пухова, К. А. Коротеева, а также поддержки 3-й гвардейской и 4-й танковых армий и прикрытия переправ на реке Одер {265}.

Перегруппировкой сил и средств, искусным их массированием фронтовому командованию удалось к началу операции достичь выгодного соотношения на основных направлениях. Северо-западнее Бреслау советские войска превосходили врага по личному составу в 2,3 раза, по орудиям и минометам в 6,6 раза, по танкам и самоходной артиллерии в 5,7 раза. Юго-восточнее Бреслау преимущество над врагом было меньшим, а группировка на левом крыле фронта имела почти равное с ним соотношение сил {266}.

При подготовке к наступлению возникли большие трудности с тыловым обеспечением войск фронта, связанные с растянувшимися коммуникациями, значительными разрушениями железнодорожных линий между Вислой и Одером и медленными темпами их восстановления. Напряженнаz [150] работа автотранспорта в условиях весенней распутицы обеспечивала подвоз лишь текущего расхода боеприпасов.

Военным советом фронта были разработаны и доведены до войск директивы, определявшие конкретные задачи командиров и политработников всех степеней в области политического обеспечения предстоящей операции.

В основе партийно-политической работы, как и ранее, лежали руководящие указания Коммунистической партии о всенародном, справедливом характере войны советского народа против немецко-фашистских захватчиков. Работники политического управления фронта, политических отделов объединений и соединений вместе с командирами нацеливали воинов на успешное решение наступательных задач в условиях лесистой и густонаселенной местности. Эта работа проводилась в то время, когда большинство соединений фронта или вели напряженную борьбу за удержание и расширение плацдармов, или перегруппировывались в новые районы сосредоточения. Успешно решалась и другая важная задача — организационное укрепление ротных, батальонных и им равных партийных организаций, главным образом за счет перераспределения коммунистов тыловых подразделений и прибывавших на доукомплектование маршевых рот. Коммунисты быстро включались в активную работу по разъяснению задач наступления. Все это имело большое мобилизующее воздействие на личный состав фронта.

Утром 8 февраля после 50-минутной артиллерийской подготовки войска правого крыла 1-го Украинского фронта начали Нижне-Силезскую операцию. Враг встретил наступавших организованным огнем. Борьба сразу приняла упорный характер, особенно в населенных пунктах, где преобладали каменные строения. Тем не менее за первые два дня главная группировка фронта во всей полосе прорвала тактическую зону обороны противника: общевойсковые армии продвинулись в глубину на 10 — 15 км, а танковые — на 30 — 60 км. В последующие дни наступление главной группировки развивалось на трех направлениях.

Бои разгорелись за захват и удержание выгодных рубежей по рекам Бобер и Квейс. Преодолевая сопротивление разрозненных групп противника, успешно действовали войска 3-й гвардейской и 4-й танковой армий генералов П. С. Рыбалко и Д. Д. Лелюшенко. Первая из них обходным маневром окружила город-крепость Глогау, численность гарнизона которого составляла около 18 тыс. человек. Оставив часть сил и средств для его блокады, основные соединения армии, развивая наступление в северо-западном направлении, к 15 февраля вышли на правый берег реки Бобер, от ее устья до города Наумбург.

К тому времени войска 4-й танковой армии, с ходу форсировавшие Бобер на участке Наумбург, Заган, достигли реки Нейсе и в ряде мест закрепились на ее левом берегу. Однако отставшие соединения 13-й армии не смогли своевременно выйти к реке и развить успех. Этим не замедлил воспользоваться противник, который отразил попытки 13-й армии форсировать реку Бобер. Только благодаря совместным усилиям 13-й и 4-й танковой армий нарушенные коммуникации были восстановлены.

Вслед за 3-й гвардейской танковой армией, которая успешно преодолела промежуточные оборонительные рубежи по рекам Бобер и Квейс, быстро продвигались соединения 52-й армии. В числе других городов советские воины взяли Бунцлау, где в 1813 г. скончался М. И. Кутузов. Еще с тех времен сохранились поставленные боевыми соратниками замечательного русского полководца обелиск в центре города и памятник вблизи деревни Тиллендорф. На обелиске высечена надпись: «До сих мест довел князь Кутузов-Смоленский победоносные российские войска, но здесь положила смерть предел славным дням его. Он спас отечество [151] свое, он открыл путь к избавлению народов, да будет благословенна память героя» {267}.

По указанию Главного политуправления Советской Армии в городе Бунцлау был создан Дом-музей Кутузова. Здесь агитаторы рассказывали о боевых делах русской армии, которая разгромила полчища Наполеона в 1812 г. и не только освободила свою Родину, но и участвовала в освобождении других стран Европы. Эти беседы о боевых традициях русской армии укрепляли чувство национальной гордости у советских воинов. К 15 февраля обстановка в полосе 1-го Украинского фронта существенно изменилась: в связи с поворотом 6-й армии генерала В. А. Глуздовского фронтом на юго-восток, для наступления на Бреслау, левый фланг ударной группировки оказался слабо обеспеченным. Командующий фронтом Маршал Советского Союза И. С. Конев вынужден был развернуть на юг, от Бунцлау до Лигница, войска 52-й армии. Сюда же привлекались два корпуса 3-й гвардейской танковой и часть сил 5-й гвардейской армий, а также 1-й гвардейский кавалерийский корпус. 6-я армия, совершившая маневр из Лигница в район Бреслау с целью окружения крупной группировки врага, вынуждена была также значительную часть сил и средств выделить на обеспечение своего правого фланга. Ослабленные левофланговые соединения этой армии были остановлены противником на подступах к Бреслау. Ей так и не удалось соединиться с 5-й гвардейской армией генерала А. С. Жадова, которая наступала с юга. Скованные ожесточенными боями на плацдарме к юго-востоку от Бреслау и на подступах к городу, 5-я гвардейская и 21-я армии центральной ударной группировки медленно продвигались вперед.

Нелетная погода сократила возможности использования советской авиации. Тем не менее летчики 2-й воздушной армии генерала С. А. Красовского при малейшем улучшении видимости поднимались в воздух. Проявляя высокое воинское мастерство, они наносили удары по скоплениям живой силы и боевой техники врага, его отступавшим колоннам, способствуя продвижению наземных войск фронта. Так, 11 февраля группа пикирующих бомбардировщиков (Пе-2) 6-го гвардейского бомбардировочного корпуса, которую возглавил командир корпуса генерал И. С. Полбин, вылетела на выполнение очередного боевого задания: предстояло уничтожить один из узлов сопротивления врага на окраине Бреслау, прикрытый многослойным огнем зенитной артиллерии. После обнаружения цели Полбин ввел самолет в пикирование. Фашистские зенитчики сосредоточили огонь на головном бомбардировщике. От прямого попадания снаряда самолет загорелся и врезался в землю, отважный летчик погиб в свой 158-й боевой вылет. Полбин посмертно был награжден второй «Золотой Звездой» Героя Советского Союза.

Чтобы завершить окружение группировки немецко-фашистских войск под Бреслау, командующий фронтом 12 февраля принял решение повернуть 3-ю гвардейскую танковую армию с запада на восток и осуществить стремительный бросок из Бунцлау в сторону Бреслау. Через день танкисты появились западнее этого города, что оказалось полной неожиданностью для противника. Их внезапный удар с ходу сломил сопротивление вражеских соединений, противостоявших 5-й гвардейской и 6-й армиям. 40-тысячный гарнизон Бреслау был окружен. Одновременно частью сил 3-я гвардейская танковая армия отразила все попытки 8-й танковой дивизии противника пробиться к осажденным. Решив эти важные задачи, она вновь развернулась и начала движение на запад, сосредоточиваясь для наступления на гёрлицком направлении. Маневр 3-й гвардейской [152] танковой армии в сторону Бреслау имел решающее значение в завершении окружения гарнизона, города, а также в ликвидации попыток деблокады его извне. Немецко-фашистское командование неоднократно пыталось оказать помощь окруженному в Бреслау гарнизону воздушным транспортом. Однако авиация и зенитная артиллерия 1-го Украинского фронта, а с 13 марта и части 10-го корпуса ПВО страны надежно блокировали город с воздуха.

Проанализировав итоги восьмидневного наступления и обстановку, Военный совет сделал вывод, что фронт не располагает необходимыми силами и средствами для продолжения боевых действий в соответствии с первоначальным планом. 16 февраля он доложил в Ставку новый план проведения операции с более ограниченными целями на ближайший период. Главная группировка фронта в составе 3-й гвардейской, 13, 52 и 4-й танковой армий должна была выйти на реку Нейсе, захватить плацдарм на ее левом берегу и прочно закрепиться на достигнутом рубеже. Затем 3-й гвардейской танковой армии предстояло овладеть районом Гёрлица и удерживать его до подхода части сил 5-й гвардейской армии. 21, 59 и 60-я армии левого крыла, усиленные 4-м гвардейским и 31-м танковыми корпусами, при содействии части сил 5-й гвардейской армии должны были отбросить противника в Судетские горы. 6-я армия нацеливалась на овладение городом Бреслау {268}. Ставка Верховного Главнокомандования утвердила эти предложения.

Продолжая наступление, 3-я гвардейская армия 16 февраля захватила переправу через реку Бобер в районе Гроссен и закрепилась на двух плацдармах южнее города. С них она и повела наступление на крупный промышленный центр и сильный опорный пункт обороны противника на реке Нейсе — город Губен. Успешные действия соединений армии, вышедших к 20 февраля на Нейсе от ее устья до города Губен, облегчили 13-й армии форсирование реки Бобер и выход на реку Нейсе. Значительную помощь наступавшим оказала 2-я воздушная армия, которая с 16 по 21 февраля произвела 8540 боевых вылетов, что составило 65 процентов общего числа самолето-вылетов, совершенных в ходе всей операции {269}.

В тесном взаимодействии с пехотой, танками и артиллерией при преодолении многочисленных минных заграждений и препятствий, созданных противником на дорогах и подступах к населенным пунктам, на речных преградах, в тактической зоне и оперативной глубине действовали инженерные войска.

24 февраля все правобережье Нейсе, от устья до города Пенциг (протяженность 110 км), контролировалось войсками правого крыла 1-го Украинского фронта, которые вышли теперь на одну линию с войсками 1-го Белорусского фронта. Только на левом фланге ударной группировки, где наступали соединения 3-й гвардейской танковой и 52-й армий, не удалось овладеть городом Гёрлиц. Здесь противник сосредоточил крупные силы и остановил наступавших на рубеже Пенциг, Лаубан.

Таким образом, в ходе Нижне-Силезской операции, продолжавшейся 17 суток, 4-я танковая и 17-я полевая армии противника потерпели серьезное поражение. Оборона врага по реке Одер на фронте 250 км была разрушена, остатки войск отброшены на левый берег реки Нейсе, то есть более чем на 100 км от исходного положения. С выходом соединений фронта на рубеж реки Нейсе противник лишился очень важных военно-промышленных районов в юго-восточной части Германии, которые до сих пор снабжали вермахт боевой техникой, синтетическим горючим и боеприпасами. [153]

Оперативно-стратегическое значение операции состояло в том, что войска фронта захватили выгодные рубежи для завершающего удара на берлинском направлении. Помимо этого его объединения заняли охватывающее положение по отношению к верхнесилезской группировке противника и получили возможность подготовить дальнейшее наступление в направлении Дрездена и Лейпцига, а также в центральные районы Чехословакии.

Немецко-фашистскому командованию пришлось окончательно отказаться от реализации плана нанести фланговые контрудары. В ходе Нижне-Силезской операции войска фронта отвлекли на себя значительную часть резервов противника и тем самым оказали содействие войскам 2-го и 1-го Белорусских фронтов в разгроме восточнопомеранской группировки, а войскам 2-го и 3-го Украинских фронтов — в ликвидации опасности прорыва вражеских войск к Дунаю.

Характерной особенностью Нижне-Силезской операции является то, что она была подготовлена в ходе завершения Висло-Одерской операции. Будучи последовательной фронтовой операцией, она началась фактически без паузы, что не позволило врагу создать устойчивую оборону по реке Одер, пополнить и доукомплектовать свои войска. Однако командование фронта, стремившееся к достижению цели тремя глубокими разобщенными ударами, полностью не учло способность противника быстро восстанавливать оборону, а также возможности своих ослабленных в непрерывных боях объединений и соединений.

Привлечение танковых армий к прорыву главной полосы вражеской обороны совместно с общевойсковыми армиями — также одна из особенностей операции. Это обусловливалось относительно слабым насыщением боевых порядков соединений танками непосредственной поддержки пехоты при большом некомплекте стрелковых войск в личном составе. В результате использования танковых армий прорыв тактической зоны обороны врага удалось осуществить за двое суток. Несмотря на неблагоприятные метеорологические условия, 2-я воздушная армия произвела свыше 13,1 тыс. самолето-вылетов {270}. Это была существенная помощь наземным войскам. Однако полностью воспретить противнику маневр резервами в полосе 1-го Украинского фронта не удалось, что осложнило условия дальнейшей борьбы с ним.

В ходе Нижне-Силезской операции Ставка Верховного Главнокомандования неоднократно обращала внимание командующего 1-м Украинским фронтом на опасность значительного отставания (до 200 км ) войск левого крыла от главной группировки. Такое положение требовало не только своевременного выделения необходимых сил и средств для обеспечения растянувшегося уступом фронта, но и таило опасность флангового удара противника на ратиборском направлении с целью вернуть Силезский промышленный район.

Учитывая это, Военный совет 28 февраля представил в Ставку план наступательной операции войск левого крыла 1-го Украинского фронта в Верхней Силезии, который был ею утвержден 1 марта. Одновременно Ставка приказала командующему 4-м Украинским фронтом генералу И. Е. Петрову подготовить и 10 марта начать наступление силами правого крыла в направлении на Оломоуц, в ходе которого уничтожить моравска-остравскую группировку противника и овладеть важным промышленным районом Моравска-Острава. Удар, наносимый 4-м Украинским фронтом, должен был способствовать наступлению войск, действовавших в Верхней Силезии, и [154] лишить немецко-фашистское командование возможности маневрировать резервами.

Планом Верхне-Силезской операции предусматривалось разгромить врага юго-западнее Оппельна с последующим выходом ударных группировок фронта на уровень армий центра по линии Штрелен, Патшкау, Опава. Создавались две ударные группировки фронта: оппельнская (северная) и ратиборская (южная). С севера войска 21-й и 4-й танковой армий имели задачу нанести удар в общем направлении на Нейсе, Нёйштадт, где и соединиться с войсками южной группировки, завершив тем самым окружение противника в оппельнском выступе. 34-й гвардейский корпус 5-й гвардейской армии и 4-й гвардейский танковый корпус должны были наступать в западном направлении. Предполагалось, что с юга войска 59-й и части сил 60-й армий, а также 7-го гвардейского механизированного корпуса нанесут удар с плацдарма севернее Ратибора навстречу войскам оппельнской группировки и соединятся с последней на третий день операции. Главные силы 60-й армии и 31-го танкового корпуса получили задачу наступать в южном направлении на Опаву. 2-я воздушная армия должна была массированными ударами штурмовиков и бомбардировщиков подавить оборону противника, воспретить подход его резервов, прикрыть наступавшие войска, особенно танковые, с воздух-a и обеспечить разведку вражеской обороны {271}.

В составе ударных группировок на левом крыле 1-го Украинского фронта имелись 31 стрелковая дивизия, 5640 орудий и минометов, 988 танков и самоходно-артиллерийских установок. Воздушная армия насчитывала 1737 боевых самолетов {272}. Численный состав некоторых стрелковых дивизий фронта немногим превышал 3 тыс. человек. Обеспеченность войск боеприпасами по отдельным видам артиллерийского вооружения колебалась от 0,3 до 2 боекомплектов {273}.

В полосе предстоявших боевых действий фронта оборонялась вражеская группировка в составе до 15 дивизий, 1420 орудий и минометов, 94 танков и штурмовых орудий. Здесь располагались и основные оперативные резервы армейской группы «Хейнрици» и группы армий «Центр» (5 дивизий и 60 отдельных батальонов) {274}.

Планируя операцию, командующий 1-м Украинским фронтом определил направление главного удара северной группировки по наиболее уязвимому месту противника — стыку 17-й армии и армейской группы «Хейнрици». Для достижения быстрого успеха при взломе вражеской обороны было предусмотрено сосредоточить в ударных группировках 21, 59 и 60-й армий большую часть сил и средств: на участки прорыва, составлявшие 9 процентов общего фронта наступления, выделялось 57 процентов стрелковых войск, 60 процентов артиллерии, 90 процентов танков и самоходно-артиллерийских установок. Такое распределение позволяло на 1 км фронта участка прорыва иметь в среднем одну стрелковую дивизию, 198 орудий и минометов, 43 танка. На второстепенных направлениях на каждую дивизию приходилось в среднем до 15 км {275}.

Стремление командующего фронтом максимально использовать в первоначальном ударе имевшиеся силы и средства объяснялось сравнительно неглубокой системой обороны врага. Поэтому с началом наступления [155] все танковые и механизированные корпуса должны были действовать в боевых порядках стрелковых войск. В дальнейшем, после прорыва тактической зоны обороны противника, задача их заключалась в стремительном продвижении в глубину обороны, с тем чтобы, соединившись в районе Нёйштадта, завершить окружение его оппельнской группировки.

К исходу 14 марта войска левого крыла 1-го Украинского фронта закончили подготовку к наступлению в Верхней Силезии. Общая обстановка на советско-германском фронте способствовала решению поставленных задач. Успешные действия советских войск в Восточной Пруссии и Восточной Померании, настойчивое продвижение армий 4-го Украинского фронта на моравска-остравском направлении в Карпатах, а также провал контрнаступления немецко-фашистских войск в районе озера Балатон отвлекли внимание гитлеровского руководства и поглотили основную массу резервов.

Утром 15 марта после артиллерийской подготовки началось наступление ударных группировок фронта. Войска северной группировки, 21-й и 4-й танковой армий генералов Д. Н. Гусева и Д. Д. Лелюшенко, преодолевая исключительно упорное сопротивление врага, к исходу первого дня прорвали две позиции главной полосы обороны, а соединения южной группировки, 59-й и 60-й армий генералов И. Т. Коровникова и П. А. Курочкина — полностью главную полосу обороны.

Наступление развивалось сравнительно медленно, советские войска несли значительный урон в технике (только за первый день операции 31-й танковый потерял треть, а 7-й гвардейский механизированный корпус — четверть своих танков) {276}. Противник массированно применил здесь эффективное противотанковое средство — фаустпатроны. В каждой его пехотной роте имелось до 16 — 20 фаустников {277}. Из-за распутицы советские танки не могли свободно маневрировать и вынуждены были двигаться только по дорогам с твердым покрытием. К тому же многочисленные населенные пункты, через которые проходили эти дороги, гитлеровцы превратили в узлы сопротивления. В связи с неблагоприятными метеорологическими условиями не в полную силу могла действовать авиация. Тем не менее соединения 2-й воздушной армии, используя некоторое прояснение, во второй половине дня совершили 1283 самолето-вылета и значительно облегчили наступавшим выполнение поставленных задач.

Стремясь не допустить прорыва войск фронта к городу Нейсе, враг за 15 и 16 марта перебросил из района Штрелена в полосу северной группировки моторизованную и танковую дивизии. Для противодействия войскам 59-й армии спешно выдвигались части еще одной пехотной дивизии, снятые с центрального участка группы армий «Центр».

Весь день 16 марта соединения ударных группировок вели напряженные бои с контратаковавшими войсками противника. Командиры соединений и частей широко привлекали к стрельбе прямой наводкой всю артиллерию, в том числе и крупных калибров, которая причиняла врагу большой урон. Эффективную помощь войскам оказали летчики 2-й воздушной армии, совершившие за сутки 1697 самолето-вылетов, около половины из них непосредственно над полем боя.

В ночь на 17 марта северная группировка фронта решительным ударом смяла противостоявшие вражеские войска и начала быстрое продвижение на город Нейсе, а частью сил — на Штрелен. Передовые части к 6 часам вышли к реке Нейсе и с ходу начали ее форсирование. Стремясь остановить продвижение советских войск, противник взорвал мосты и [156] заминировал подступы к местам возможных переправ, открыл шлюзы водохранилища Оттмахау. Уровень воды в реке поднялся до двух метров, что значительно осложнило форсирование. Преодолев тактическую зону обороны противника, подвижные соединения северной группировки фронта начали стремительное его преследование в общем направлении на Нёйштадт, охватывая группировку врага в районе Оппельна с юго-запада.

В тот же день южная группировка фронта также завершила прорыв тактической зоны обороны противника и с утра 18 марта приступила к преследованию его войск, отступавших на Нёйштадт. Днем подвижные соединения ударных группировок (10-й гвардейский танковый корпус 4-й танковой армии и 7-й гвардейский механизированный корпус) встретились в районе Нёйштадта, завершив окружение четырех пехотных дивизий, части сил моторизованной дивизии и нескольких отдельных полков и батальонов.

В боях по завершению окружения оппельнской группировки врага особенно отличились воины 4-й танковой армии, показавшие образцы воинского мастерства. 17 марта армия была преобразована в гвардейскую. В связи с этим на имя командующего 1-м Украинским фронтом и командующего 4-й танковой армией поступила телеграмма, подписанная Народным комиссаром обороны СССР: «... за проявленную отвагу в боях за отечество, стойкость, мужество, смелость, дисциплину, организованность и умелое выполнение боевых задач преобразовать 4-ю танковую армию в 4-ю гвардейскую танковую армию и ... вручить гвардейское знамя» {278}. Командующий армией генерал Д. Д. Лелюшенко 6 апреля был награжден второй «Золотой Звездой».

В дальнейшем часть сил 21-й, 4-й гвардейской танковой и 59-й армий продолжала наступление к западу, отдаляя внешний фронт окружения от внутреннего. Соединения, создавшие внутренний фронт окружения, с утра 19 марта приступили к ликвидации окруженных войск путем одновременных концентрических ударов со всех направлений. В район Нейсе и юго-восточнее противник в спешном порядке начал сосредоточение двух танковых, моторизованной и пехотной дивизий для деблокады окруженных войск, которые подготовили встречный удар. Однако решительные действия соединений внутреннего фронта окружения, поддержанных 2-й воздушной армией, сорвали все попытки врага. 20 марта оппельнская группировка противника была ликвидирована.

Наступление войск левого крыла 1-го Украинского фронта продолжалось и далее с целью выхода в предгорья Судет. Оно отличалось высокой маневренностью и напряженностью боевых действий. Завершив ликвидацию оппельнской группировки, 21-я и 4-я гвардейская танковая армии 23 марта возобновили наступление в общем направлении на город Нейсе. С ходу захватив железнодорожный мост через реку Нейсе, советские войска ворвались в город и после напряженных уличных боев к исходу 24 марта полностью овладели еще одним крупным узлом железных и шоссейных дорог.

Одновременно в направлении Ратибор, Опава наступала 60-я армия. Здесь разгорелись ожесточенные бои. Противник стремился помешать выходу советских войск в район Опавы и южнее, что создало бы серьезную угрозу тылу его группировки, прикрывавшей Моравска-Остравский промышленный район и пражское направление. 23 марта командование группы армий «Центр» усилило свои войска в этом районе частями двух танковых дивизий. Чтобы ускорить продвижение войск, действовавших против ратиборской группировки противника, командование 1-го Украинского [157] фронта приняло решение перегруппировать из района Нейсе на это направление часть сил 4-й гвардейской танковой армии. Ввод в бой танковых частей положительно сказался на темпах наступления соединений 60-й армии. Еще более благоприятные предпосылки для успешного решения поставленной задачи возникли 24 марта, когда действовавшая слева 38-я армия 4-го Украинского фронта возобновила наступление и нанесла удар на моравска-остравском направлении, создав угрозу окружения противника в районе Рыбника и Ратибора. 27 марта войска 60-й армии овладели важным опорным пунктом обороны — городом Рыбник, а утром 31 марта штурмом был взят Ратибор — крупный промышленный город Верхней Силезии. Основные силы армий левого крыла фронта достигли рубежа Штрелен, Нейсе, Опава, где и перешли к обороне.

Значительное содействие сухопутным войскам в выполнении поставленных задач оказала 2-я воздушная армия. В ходе операции авиация фронта наносила бомбардировочные и штурмовые удары по наземным целям противника и вела активную борьбу с его авиацией, пытавшейся помешать продвижению советских войск. С 15 по 31 марта она совершила в общей сложности более 15,4 тыс. самолето-вылетов. Особенно большую роль авиация сыграла при прорыве вражеской обороны севернее Оппельна и ликвидации окруженного противника в районе юго-западнее этого города {279}.

Верхне-Силезская наступательная операция завершилась окружением и уничтожением более пяти дивизий врага, а остальные его силы были отброшены в предгорья Судет. Всего противник потерял почти 60 тыс. солдат и офицеров, из которых около трети были взяты в плен. Советскими войсками в качестве трофеев было захвачено 80 танков и штурмовых орудий, до 1,3 тыс. орудий и минометов, 26 самолетов, 100 авиамоторов, 1253 пулемета, около 13,3 тыс. автомашин, 243 различных склада, а также много другого военного имущества {280}. Угроза флангового удара по войскам 1-го Украинского фронта из Верхней Силезии была предотвращена, а попытки противника оказать содействие гарнизону Бреслау, стремившемуся вырваться из окружения, потерпели неудачу.

В итоге февральско-мартовского наступления войска 1-го Украинского фронта преодолели мощный рубеж обороны противника на реке Одер, опираясь на который гитлеровцы рассчитывали надежно прикрыть берлинское и дрезденское направления. Соединения фронта заняли выгодные рубежи для осуществления завершающего удара по врагу, а немецко-фашистские войска были отброшены за реку Нейсе и в предгорья Судет. Фашистская Германия испытала и крупное экономическое потрясение. С потерей Верхней Силезии она, если сравнивать с декабрем 1944 г., лишалась, по заявлению министра вооружений А. Шпеера, четвертой части военного производства {281}.

Во время боев за Нижнюю и Верхнюю Силезию группа армий «Центр» потерпела крупное поражение: 28 дивизий было разгромлено и 5 уничтожено. Врагу не только не удалось высвободить какие-то соединения для усиления войск в Венгрии и Восточной Померании, но и пришлось ослабить центральный участок группы армий «Центр», чтобы попытаться предотвратить катастрофу своей группировки в Силезии.

Силезские операции войск 1-го Украинского фронта — пример проведения последовательных операций в сложной обстановке, подготовленных несколькими группировками одного фронта без перерыва или после кратковременных оперативных пауз. [158]

При подготовке Нижне- и Верхне-Силезской операций фронтовое командование осуществило крупные перегруппировки соединений и объединений на большие расстояния, а в ходе боевых действий — смелый маневр 5-й гвардейской, 6-й общевойсковыми и 3-й гвардейской танковой армиями для окружения немецко-фашистских войск в Бреслау, а 4-й гвардейской танковой армией — для ликвидации войск противника в районе города Ратибор.

* * *

Таким образом, к концу марта Советская Армия во взаимодействии с Войском Польским, завершив освобождение Польши, вышла на побережье Балтийского моря и к рекам Одер и Нейсе. В результате проведенных операций фашистская Германия лишилась важных военно-промышленных и сельскохозяйственных районов, а ее вооруженные силы понесли новые, невосполнимые потери. Успешное наступление советских войск в Восточной Померании и Силезии окончательно сорвало намерения командования вермахта осуществить фланговые удары. Важное оперативное значение имело удержание и расширение войсками 1-го Белорусского фронта плацдарма в районе Кюстрина.

Все это создавало необходимые условия для последующего нанесения ударов по врагу на берлинском, дрезденском и пражском направлениях.

http://protown.ru/information/hide/5382.html